«Я большой оптимист по поводу будущего России»

29 мая 2018 г.


 

«Я большой оптимист по поводу будущего России»


Американец Мэтью о российском образовании, Пелевине и Балобанове.

Мэтью Орр (Matthew Orr) приехал в столицу Удмуртии, выиграв грант на преподавание английского языка. До этого он жил в Хьюстоне (штат Техас), учился год по обмену в Санкт-Петербурге, стажировался в банках Москвы. Почему он приехал в Россию? Читайте об этом в нашем интервью.

– Можете вспомнить тот момент, когда впервые захотели поехать в Россию? Как это было?

– В школе я увлекался изучением языков: учил испанский и китайский. Даже съездил в Китай, но язык так до конца и не освоил.

Когда поступал в университет, я решил, что хочу попробовать выучить ещё один язык. Подумал, почему бы не попробовать русский? Мне всегда была интересна история и культура вашей страны.

Прекрасно помню момент первого столкновения с русской культурой. Это было в школе, на уроках литературы. Мы читали в десятом классе рассказ Антона Чехова «Пари». (Он, как выяснилось, мало известен в России). Это философская история о том, чем стоит заняться в жизни, стоит ли тратить своё время на чтение. С тех пор меня активно интересовала русская литература.

– На кого вы учились?

– Следует сказать, что наша система образования очень отличается от российской. В Америке университеты нацелены на то, чтобы предоставить студенту как можно больший выбор курсов. Ведь очень страшно выбирать свой путь на всю жизнь, когда ты молод. Поэтому за первые два года бакалавриата можно спокойно переходить с курса на курс, менять свою специальность. У нас ты можешь параллельно учить химию, китайский язык и русскую литературу.

Сначала я учился философии, потом политологии, и только на третьем курсе перешёл на факультет русского языка и культуры. Тогда же я поехал учиться по обмену в Санкт-Петербург.

– Что поразило в России вас больше всего?

– Мне интересно, как современная Россия сочетает в себе черты нового государства с символами Советского Союза. Очень поразил мавзолей Ленина в центре столицы, старые гербы и звёзды на зданиях.

Сложно представить, какие глобальные изменения произошли в обществе. И происходят до сих пор, процесс становления России ещё продолжается. Я вижу, насколько сильно  молодое поколение отличается от своих родителей, не говоря уже о дедушках и бабушках. Этот переход мне очень интересен, и я большой оптимист по поводу будущего России.

– Сейчас вы работайте по программе Фулбрайт. Что она из себя представляет?

– Это самая старая и масштабная образовательная программа Америки. Она была основана в 1946 году, сразу после войны. Цель программы – развитие доброй воли в сфере культуры, образования, науки. Чтобы люди знакомились с культурами других стран. В России программа начала работать с семидесятых годов.
 

 
– Как вы стали участником этой программы?

– После получения высшего образования, я поехал на стажировку в Россию. Параллельно подал заявку на участие в Фулбрайте.

Получить грант по нему – очень сложная задача. Заявки проходят множество этапов отбора, путешествуют из одного комитета в другой, пока не будет вынесено финальное решение. Российский отбор один из самых строгих.

Фулбрайт – очень престижная программа, и многие ВУЗы соревнуются за получение фулбрайтера. Нет такого, что один и тот же университет получает участников программы каждый год.

Ещё стоит отметить, что одна из задач программы – отправить американцев туда, куда они не попали бы в обычных обстоятельствах. Как правило, это провинция, где практически нет носителей английского языка и нагляднее различие культур. Так я оказался в Удмуртии.

УдГУ (где я в итоге стал преподавать английский) имеет очень хороший рейтинг среди университетов. Регулярно получает фулбрайтеров раз в три-четыре года.

– Я правильно понимаю, что в программе очень много желающих с американской стороны?

– Да, конечно. Это же Фулбрайт! И попасть в Россию сложнее всего. Условно говоря, если в другие страны едут группы по 100-200 человек, то в Россию всего 40. Из них половина – это серьёзные учёные, которые пишут докторские работы на сложные темы. Например, про классическую музыку, историю, таяние арктических льдов.

Другая половина – это мы, преподаватели английского. И все распределены по разным городам от Иркутска до Смоленска, по всей стране.

– Вы преподавали здесь целый год. Скажите, российские студенты сильно отличаются от американских?

– Думаю, да. Если в Америке преподаватель задаёт вопрос аудитории, на него стараются ответить почти все – это отличный способ зарекомендовать себя. Когда я начал преподавать в России, меня больше всего поразила стеснительность студентов. Порой, задашь вопрос в зал, и на него никто не отвечает. Смущаются.
 

 

– В соцсетях вы выкладывали фильм Юрия Дудя про режиссёра Балабанова. Вы знакомы с его творчеством?

– Я начал смотреть фильмы Балабанова ещё в университете, в рамках специальных курсов по истории российского кино. Это очень сильный режиссёр!

Вообще, я огромный ценитель современной русской культуры и искусства.

В университете мы проходили ранние произведения Виктора Пелевина. «Омон Ра» и «Синий фонарь». Теперь он мой любимый русский писатель. Если честно, его последние романы «iPhuck 10» и «Любовь к трём Цукербринам» мне нравятся даже больше ранних.

Мне интересно – кто из современных российских писателей станет классиком? Преподаватели в США считают, что это Виктор Пелевин и Владимир Сорокин. Ещё читаю Людмилу Улицкую, Татьяну Толстую и Захара Прилепина.

– Сейчас ваша программа подходит к концу. Вы планируете вернуться в Ижевск по её окончанию?

– Я обязательно вернусь в Ижевск. Для меня одно из главных удовольствий в жизни – это побывать в каком-либо городе или местечке. Потом возвращаешься туда через некоторое время, отмечаешь для себя изменения.

Вообще, я очень люблю путешествовать. Это прекрасный способ саморазвития. Недавно, например, побывал в Грузии. Невероятная страна, 10 из 10! Улыбчивые люди, прекрасная кухня, бани. Всем очень рекомендую!

Фёдор Фефилов